Борис Над: Будущее славянской цивилизации

Если славяне хотят выжить  в  нынешнее время, то существует лишь один выход: новое единение вокруг России и панславизма в 21 веке

Источник: Нови стандард

Конец цивилизации не то же самое, что конец света. Конец одной цивилизации не означает неизбежную гибель, анархию или катастрофу. Не прерывается все и вся при завершении одного цивилизационного и исторического цикла и не все погибает с кончиной одной, в данном случае западной цивилизации, за исключением тех, кто не в состоянии жить, мыслить и действовать вне ее все более тягостного и удушливого, мрачного и ограниченного горизонта. То, что сегодня называем «западной цивилизацией» – всего лишь последний, завершающий цикл великой европейской цивилизации, период ее угасания и агонии. Для тех, кто и сегодня слепо придерживается ее сомнительных истин и догм, горизонт будущего неумолимо и навсегда закрывается.

Признаки внутреннего распада

Западные культурные, политические, общественные и экономические модели исчерпаны или становятся обузой – ненужной, вредной и даже опасной. И прежде всего – модель национального государства. «Не следует забывать того факта, отмечает Родриго Собота, что нас (славян) глубоко расчленило выкристаллизованное национальное государство, искусственное создание типично западного характера». Современная нация, образованная внутри гомогенного национального государства, и вдохновляемая узким и исключительным этнонационализмом, не есть то же, что и народ, т.е. общность, сформированная историей и культурой в течение длительного времени, и национальное государство не есть единственно возможное. Вместе с концептом «национального государства» безвозвратно умирает и «старый гегелевский миф о государстве, которое, по его (Гегеля) мнению, наиболее четко представлено в образцовой немецкой империи». (Р.Собота: Панславизм и Новая Евразия).

В нынешнем глобализованном мире исчезают и национальные государства, явное творение 19 века, и их жестко обозначенные границы, и создаются  новые супернациональные, континентальные или глобальные целостности. Это не только процессы неизбежного « растворения» и распада, но и создания чего-то нового, возможность выстраивать новые отношения и связи между народами. В новых условиях и колониализм, и сопротивление колониализму принимают совершенно иные формы. Истощены также идеи и концепты, которые в течение прошедших трех и более столетий вдохновляли весь «современный Запад», и которые, пусть и  на короткий исторический период, обеспечили ему мировое господство.

Наиболее отчетливо это проявляется сегодня на самом Западе: индивидуализм, либерализм и утилитаризм более не обеспечивают господства, даже материального, но превращаются в преграду и тормоз; более того, они – причина внутреннего распада и все ускоряющегося разрушения общества и всей цивилизации. Все они –  из эпохи Просвещения, плоды разума «просвещенного человека», «его величества западноевропейского мыслителя». Нет смысла вести бесполезные дискуссии относительно «ценностей», которые уже мертвы и принадлежат безвозвратному прошлому. Существует ли более очевидный  признак внутреннего распада?

Парадигмы новой цивилизации

Гибель одной цивилизации, как правило, означает рождение новой или новых цивилизаций, которые тут же возникают на ее мертвом теле. Новые государства и новые государственные институты не совсем «новые», так же как и «старые» цивилизации никогда не умирают окончательно и полностью. Кое-что будет заимствовано или унаследовано и получит новое значение и смысл, но совсем в другом контексте, а что-то будет окончательно приговорено к смерти. Но парадигмы новых цивилизаций создаются на старых  фундаментах. По- другому не может и быть, т.к. «все новое – это лишь новое выражение старого, вечного желания», как и всякое настоящее представляет собой «второе начало» – это не возврат в прошлое и не его имитация, но «новое начало, более древнее, чем предыдущее».

Ольшанский Борис, Пересвет на поле Куликовом, 1994

До настоящего времени мы находились на периферии западного мира, западной и европейской цивилизации, а не в ее центре; в основном, это была цивилизация германского и латинского типа. Тем не менее, вклад славян, славянских народов в европейскую культуру не был незаметным. Напротив, согласно некоторым исследователям, таким как итальянский  палеолингвист  Марио Алинеи, древнейшая культура Европы была создана еще в неолите в Придунавье и на Балканах в ходе «неолитской культурной революции», а ее исполнителями были славяне: «Славяне были инициаторами новой революции в земледелии, ремеслах, искусстве, религии, языке и первых городских культур Европы в Придунавье. Славяне создали самую древнюю земледельческую культуру Европы, считает Алинеи, а славянские языки образуют «древнейший субстрат европейских языков».

Тезис о первородности германского народа и германской культуры глубоко ошибочен, потому что германцы намного позднее усвоили достижения несомненно более старых славянских культур Древней Европы. В отличие от молодых германских языков, старославянский, старогреческий и старолатинский, согласно итальянскому лингвисту (и не только ему), «принадлежат той же хронологической плоскости», хотя этот статус и сегодня оспаривается старославянским. Придунавье – это колыбель письменности (Радивое Пешич). Как замечает российский мыслитель Александр Дугин, Придунавье и Балканы «в известном смысле и колыбель европейского крестьянства, а европейское крестьянство во многих ключевых элементах  определило европейскую идентичность…»  Это был первый и фундаментальный вклад  славян в европейскую цивилизацию.

Славяне как «великий народ»

Развитие европейской цивилизации далее пошло другим путем. «Вершиной этого развития было создание ярко выраженной «материалистической цивилизации» Запада (Рене Генон) – первой полностью материалистической цивилизации в известной нам мировой истории. Надо ли в этом видеть прогресс, кульминацию и вершину человеческой цивилизации, имеющей универсальный характер и обязательной для всех, для всего человечества?  Русский историософ Николай Данилевский в своей капитальной работе «Россия и Европа» (1871 г.) отвергает саму идею современного прогресса как линейного  движения к утвержденной цели. Это европоцентристская трактовка истории человечества.

Единственно возможный прогресс не в постоянном движении в одном направлении, утверждает Данилевский, «а в том, чтобы все поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества исходить в разных направлениях».  Судьбу (германо – романской) Европы не можем отсюда отождествлять с судьбой всего человечества. Она лишь одно возможное развитие – одно среди многих. Не существует единственного  и  обязательного направления исторического развития; есть и многие дивергентные направления, которые нельзя сопоставить между собой как степени единого процесса. Только рассматриваемые вкупе, считает Данилевский, «эти направления составляют богатство истории и выражают различные возможности развития человечества». (Милан Суботич: Н. Данилевский: «Теория культурно-исторических типов и славянофильство»).

Их «материализации» Данилевский называет «цивилизациями» или «культурно – историческими типами». Носителями и создателями этих «культурно – исторических типов»  (отдельных цивилизаций)   и действительными субъектами мировой истории являются «великие народы» или группы родственных по языку народов. Термин «человечество» слишком абстрактен. Общечеловеческой (универсальной) цивилизации не существует и не может существовать; существуют только самобытные цивилизации, отличающиеся друг от друга, «чья идеально задуманная совокупность конституирует общечеловеческую цивилизацию как сумму всех проявлений различных этнических групп».

Николай Данилевский (1822 – 1885), русский мыслитель, социолог, идеолог Панславизма, автор книги „Россия и Европа“

Один из этих «великих народов» – славяне. До нынешнего времени в истории, согласно Данилевскому, существовало десять различных культурно-исторических типов: египетский, китайский, древне-семитский, индийский, иранский, еврейский, греческий, римский, арабский и европейский. Славянская цивилизация могла бы быть одиннадцатой. Это и  сегодня – лишь возможность.

Какую роль история уготовила славянам? Есть три возможных ответа на этот вопрос: великим, по-настоящему созидательным народам удается создать отдельную цивилизацию, но они же могут стать этническим материалом для строительства (чужой) цивилизации или могут сыграть свою роль разрушителей отживших цивилизаций в качестве факторов, вызывающих или ускоряющих их распад.

Против Гегеля

Книга Данилевского «Россия и Европа» издана в 1871 году. Ее фундаментальное значение не было осознано вплоть до полемики, которую в 80-х годах позапрошлого столетия открыл Владимир Соловьев в попытке оспорить идеи Данилевского.  К полемике подключился и консервативный русский философ Константин Леонтьев, защищая и углубляя идеи Данилевского. Но, как отмечает С. Вайгачев, автор предисловия к новому российскому изданию,  «книга Данилевского содержит мысли, ценность которых заметно возросла в конце 20 века».

Николай Страхов, издатель книги Данилевского, назвал его труд «катехизисом или кодексом славянофильства». Это только отчасти верно: на самом деле Данилевский, соглашаясь с основными посылами славянофильского учения, среди которых и самая важная формула «Европа загнивает», резко критиковал ранних русских славянофилов, пробивая дорогу новым направлениям мысли, таким как евразийство. Основной недостаток раннего славянофильского учения, по Данилевскому, в его универсализме (по следам Гегеля) и в славянофильском «вдохновении всечеловеческим» – в иллюзорной вере в общечеловеческие ценности в рамках единого мирового исторического процесса.

Ранние славянофилы фактически разделяют те же самые универсальные идеалы, что и непримиримо противопоставляемые им русские западники. Отличаются от них только в вопросе «иного видения носителя универсальной общечеловеческой исторической миссии» – «или славяне, или Европа». В этом смысле, отрицая идею единства и преемственности мирового исторического процесса, Данилевский, как отмечает Цимбаев, «антигегельянец»: мыслитель, который полностью отвергает «синтез Гегеля».

И все же, принадлежит ли Россия и, если посмотреть еще шире – славянский мир, несмотря на все исторические недопонимания, Европе и Западу?  Невозможно не заметить, что между ними существует глубокая «антипатия» и что эта антипатия обоюдна. Не только Гегель исключал славян из процесса «развития мирового (на самом деле – западного) интеллекта». Доминирующим культурным кодом на Западе, по мнению немецкого историка Вольфганга Виппермана, был и остался «антиславизм»: славянофобия и русофобия в своем самом узком значении. Русофобия и славянофобия на Западе не ослабевают, а напротив, усиливаются вместе с западным «прогрессом», т.е. с развитием агонии европейской культуры и цивилизации. Эта оценка получила полное подтверждение в наше время.

Александр Невский (левая часть триптиха „За землю Русскую“) – 2003

Славяне, возможно, когда-то и принадлежали Европе, европейской цивилизации, но были из нее решительно вытеснены. Да и сама Европа, отмечает Данилевский, «признает Россию и славянство чем-то для себя чуждым, и не только чуждым, но и враждебным». Все попытки России приблизиться к Европе имели один и тот же результат: «Закончилось тем, что нас открыто назвали врагами и будущими разрушителями европейской цивилизации».

Запад загнивает

Нерасположение к Европе и Западу проявляется и в России, и в славянском мире, взятом как целое. Славянский элемент не приспосабливается «без остатка» к Западу, возможно, из-за своего иного, врожденного менталитета. Не это ли глубинная причина конфликта с Римом и упорного прозелитизма западной католической церкви, которая постоянно стремится изменить менталитет и сознание славянских народов?  Агрессивное «западничество» (присутствует и в Сербии) со всеми своими утрированными и карикатурными чертами –  всего лишь изнанка этого явления, на него и сегодня, как и во времена Достоевского, на Западе «смотрят с усмешкой» и недоверием. Это обоюдное ощущение враждебности глубоко укоренено в «сам исторический инстинкт народа», это его «бессознательное ощущение», в основе которого несовместимость  «культурно-исторических типов» (цивилизаций): западной и славянской.

«Европеизация» таит в себе двойную опасность. Она – средство колонизации славян со стороны Запада. Запад загнивает  – с этим основным диагнозом согласны и ранние русские славянофилы, и Данилевский, Достоевский и Леонтьев, и все их более поздние продолжатели, включая и русских (нео)евразийцев. «Европеизация России» (и всех славян), за которую бьются «западники» (не только в России) опускает славян до статуса «этнического материала» для Запада, уже исчерпавшего себя биологически и духовно, и разрушает любую возможность создания самобытной славянской цивилизации когда-нибудь в будущем. Эту болезнь славянского малодушия Данилевский называет «европейщиной».

Прекратится ли, наконец, эта «болезнь» на пороге 21 века и третьего тысячелетия?  Завершится ли она выздоровлением без тяжелых последствий, «не оставляя за собой несмываемых следов, разъедающих саму основу народной жизни»?  И возобладает ли, наконец, между русскими и славянами осознание их особой исторической и культурной миссии – необходимости создания отдельной и самостоятельной славянской цивилизации?

Новая восточнославянская цивилизация

Примерно через полвека учение Данилевского оказало несомненное влияние на Освальда Шпенглера,  автора «Заката Запада», отрицавшего линейность исторического развития и возродившего историческую цикличность в западной мысли. Но к самым значительным продолжателям идей Данилевского относится консервативный русский мыслитель Константин Леонтьев, который раскрыл для его учения совершенно новые перспективы. Леонтьев отказывается от идеала ранних славянофилов – подлинной эмансипации и освобождения славян (только славян), требуя чего-то «намного большего», чем идеал племенного единства славянских народов:

«Россия не просто государство, Россия, взятая в целом, со всеми своими азиатскими владениями, – это целый мир особой жизни, особый государственный мир, не нашедший еще себе своеобразного стиля культурной государственности. Поэтому не изгнание только турок из Европы, и не эмансипацию только славян, и не образование даже во что бы то ни стало из всех славян, и только славян, племенной конфедерации должны мы иметь в виду, а нечто более широкое и по мысли более независимое».

Константин Николаевич Леонтьев (1831 – 1891) – русский врач, дипломат; мыслитель религиозно-консервативного направления; философ, писатель, публицист, литературный критик, социолог

«Я верил раньше, верю и теперь», – писал  Леонтьев в далеком 1884 году, «что Россия, имеющая стать во главе какой-то нововосточной государственности, должна дать миру и новую культуру, заменить этой новой славяно-восточной цивилизацией отходящую цивилизацию романо-германской Европы». Отстаивая «византизм» и «восточность», Леонтьев пробивает дорогу  евразийскому учению, которое не отрицает панславизм, а его существенно  дополняет.  То, что делает их особенно близкими, так это совместное неприятие узкого племенного этнонационализма и, особенно, примитивного национализма, инспирированного  расизмом, как тот, который в 20 веке появился, например, в Германии.

Кто разъединяет народы?

Учение Данилевского особенно ценно и актуально в нынешнее время, когда, с одной стороны, предпринимаются попытки перекомпоновать мир в геополитическом и цивилизационном смысле и навечно изменить существующее соотношение сил, а с другой – Запад сотрясает жестокий кризис, самый тяжелый в его не столь долгой истории. Этот кризис бьет по самим основам европейской и западной цивилизации. Все признаки указывают на то, что кризис не преходящий и быстротечный, а завершающий, и что Запад и Европа, в полном соответствии с циклическими историческими закономерностями, на которые указывал еще Данилевский, ускоренно приближается к своему концу. Европейская цивилизация с большой скоростью проходит свой заключительный западный цикл.  Россия, да и славянский мир в целом имеют в этом единый очевидный интерес: вывести себя из западных кризисов и гарантировать себе место в возникающем многополярном мире.

1 ноября 2018 года российский президент Владимир Путин на 22-ом заседании Всемирного русского народного собора «под омофором РПЦ» напомнил о значении идей Николая Данилевского. Речь Путина относится к программным.  Было сказано о происходящем в настоящий момент «переформатировании мира» с целью разрушения  «традиционных ценностей и культурно-исторических пространств, которые складывались веками», и создания разного рода «безликих протекторатов» без какой бы то ни было исторической памяти. « С этой целью»,-сказал Путин, «используются  и «пещерный» национализм, и русофобия. Осуществляется беспардонное, грубое вмешательство в церковную жизнь».

«Подобная политика», считает российский президент, «чревата серьезными последствиями, она опасна». Прямо сейчас решается вопрос о судьбе мира в предстоящих десятилетиях. Будет ли это мир монолога и так называемого «права сильного», мир «войны цивилизаций» (Хантингтон) или мир диалога  и взаимного уважения между народами и цивилизациями? И возможно ли людей и народы убедить идти против собственной веры, традиций, семьи, и , в конце концов, против правды и справедливости, против здравого смысла?

Россия – отдельная цивилизация

Президент Путин особо выделил следующую мысль  Николая Данилевского: « … ни одна цивилизация не может гордиться тем, чтоб она представляла высшую точку развития…».  По словам Путина, «сегодня понимание такой сложности развития цивилизаций служит фундаментальной основой для многополярного мира. И «вес», влияние полюсов будущего развития, конечно же, прежде всего будут определяться их экономической, научной, культурной, духовной и человеческой основой и потенциалом».

Владимир Путин и Патриарх Московский и всея Руси Кирилл на пленарном заседании Всемирного русского национального собрания, Москва, 1 ноября 2018 года (Фото: пресс-служба Патриарха Московского и всея Руси)

«В одном»,- в заключение сказал Путин, «не сомневаюсь точно: голос России в мире будущего будет звучать достойно и уверенно. Это предопределено и нашей традицией, и нашей внутренней духовной культурой, самосознанием и, наконец, самой историей нашей страны как самобытной цивилизации, уникальной, но не претендующей самоуверенно и хамовато на свою исключительность. Потому что невозможно представить историю человечества без таких неповторимых цивилизаций как  Индия, Китай, Западная Европа, Америка и многих других». Полтора века тому назад  подобное видение многополярного мира разделял Данилевский, отрицая претензии Запада на универсальность и саму идею «исторического прогресса». «Это действительно многоликая сложность, каждая грань которой дополняет и обогащает друг друга».

Панславизм для 21-го века

Каково же в этом «многоликом и разнообразном мире», а не в мире, сформированном и унифицированном по одной обязательной модели, будущее славянства и славянской идеи?

Славяне –  древний народ с продолжительной и богатой совместной историей. Из стародавних времен и стремление к славянскому единству, которое может быть восстановлено  только в новых формах. «Даже когда между нами есть этнические различия», отмечает Родриго Собота, «нельзя забывать, что 1200 лет тому назад мы говорили понятным друг другу языком. Волею судеб славянская цивилизация имеет отношение к огромным степям Востока…   Наш этногенез открывает нас миру как народ из обширных степей, т.е. так же, как и наших близких индо-иранских родственников».

«Историческая судьба славянских народов», напоминает Собота, « таким же образом должна тяготеть к старому романтическому желанию объединиться, как и в 19-ом веке. Даже и сейчас, когда старая тевтонская угроза устранена (победой над нацизмом), мы не можем себе позволить веру в то, что наступил так называемый «конец истории», и не можем допустить такую роскошь, как попытка бороться за утопический капиталистический рай». Все, что полезно и правильно, отмечает Собота, находится вне и выше возможностей, предлагаемых  атлантическими  силами.  Славяне больше не должны покоряться «ложным богам»: либерализму, капитализму, глобализму и атлантизму.

Индивидуализм и либерализм должны быть искоренены. Сегодня у славян  другие враги, собранные «под знаменем глобализма, прав человека, универсализма и злобной идеологии просветительства». « Если славяне хотят просто выжить, то существует только один выход: новое единение вокруг идеи панславизма, которая должна найти новое поле деятельности и приспособиться к действительности 21-го века. Подобно тому, как сегодняшняя Новая Евразия исходит от Евразии Трубецкого, нынешний панславизм должен исходить от панславизма 19-го века или, точнее, от концепций и позиций всех его представителей.  Им всем есть что нам сказать почти через два века».

Дорожные знаки для будущего                                                

Дорожные знаки к будущему единству уже есть. Собота особо обращает внимание на словака Людовита Штура, участника Всеславянского конгресса в Праге в 1848 году и автора книги «Славянство и мир будущего» (впервые издана в 1867 году на русском языке), который выступал за союз всех славянских народов, собранных вокруг царской России, отвергал просветительство и западные политические концепции, такие как свободная рыночная экономика и парламентская демократия.  Хотя и был протестантом, предлагал славянам переход в православие. Сосредоточение вокруг православной России, полагал Штур, это единственный способ «избежать рабства и покорения малых славянских народов, до чего может дойти во взаимоотношениях с великими колонизаторскими силами современности».

Икона Серафима Саровского, одного из величайших русских святых и чудотворцев

Драгоценный дорожный указатель предлагает нам сегодня и великий Негош, который был страстным защитником славянства. В 1864 году Негош доверительно поведал Йовану Хаджичу: « Я стою лишь на той точке зрения, что чем больше мы удаляемся от славянства, тем быстрее катимся в пропасть». История 20-го века страшным образом подтвердила правоту Негоша (особенно на примере Черногории). Об этих жутких уроках истории, служащих предостережением славянским народам, напоминает Собота: «Собираемся ли мы, наконец, извлечь горькие уроки из того, что преподала нам история? Или должны будем учиться заново, ища равновесия  между нашим будущим и нашими собственными жизнями?»

Об авторе: Борис Над родился в 1966 году в Винковцах , закончил университет в Белграде; писатель, публицист, сотрудник сербского еженедельника «Печат», автор многих книг, последняя из которых «Американская идеология» (Белград, 2018 г.)

Перевод с сербского: Владимир Наумов

Первосточник: Нови стандард

Источник: Стање ствари



Категорије:Стање@Русски

Ознаке:, , , , ,

Пошаљите коментар

Попуните детаље испод или притисните на иконицу да бисте се пријавили:

WordPress.com лого

Коментаришет користећи свој WordPress.com налог. Одјавите се /  Промени )

Google photo

Коментаришет користећи свој Google налог. Одјавите се /  Промени )

Слика на Твитеру

Коментаришет користећи свој Twitter налог. Одјавите се /  Промени )

Фејсбукова фотографија

Коментаришет користећи свој Facebook налог. Одјавите се /  Промени )

Повезивање са %s